Прощание с Галимом Фасхутдиновым

В наш дом пришло горе – погиб Галим Фасхутдинов. Зеленый свет светофора преградил ему дорогу домой. Лихач подмял под колеса машины жизнь нашего друга и соратника, человека, любившего жизнь во всех её проявлениях.
Галим – журналист-профессионал. Он чутко реагировал на значимые события, происходившие в Республике Таджикистан. В очках, с фотоаппаратом и микрофоном в руках Галима можно было встретить на конференциях и выставках, в университетской аудитории и библиотеке. Ему было интересно все. И свое восторженное отношение к жизни, к людям, к их идеям он стремился передать слушателем радио «Голос России» и «Sputnik-Таджикистан».
Галима интересовали злободневные проблемы. Он не просто фиксировал события, а пытался в них разобраться. Его настойчивость не знала преград. Очевидно поэтому его репортажи и интервью с учеными, политиками, деятелями науки и культуры были всегда остры и увлекательны.

Read More...

Таджикистан готов в пять раз увеличить экспорт плодоовощной продукции в Россию

Председатель Торгово-промышленной палаты Таджикистана Шариф Саид обратился к главам ряда регионов России с призывом относительно расширения сотрудничества по поставкам плодоовощной продукции.

Read More...

Павел Зарифуллин: О сакральной географии, новых скифах и выборе России

Сегодня, когда ежедневно на нас льются потоки отчуждающей друг от друга информации, рассказывающей нам о других людях, культурах и странах, как о враждебных, чуждых, «опасных», казалось бы, так сложно найти ценностные ориентиры, которые бы не разъединяли, а сближали людей. По крайней мере, тех, кто еще недавно жил в одном государственном образовании под названием Советский Союз. На самом деле такие ориентиры есть, но с экранов телевизоров о них почти не рассказывают, а в газетах не пишут. Сегодня, когда в тренде всевозможные страшилки про мигрантов из соседних стран Содружества, в Московском центре Гумилева стараются преодолеть навязываемую обывателю отчужденность, враждебность по отношению к представителям иных культур. Здесь собираются люди, проникшиеся идеей единой Евразии и родственности проживающих на большом континенте народов. Сейчас в объективе их внимания – Центральная Азия и, в частности, Таджикистан и его сакральная карта, представленная на днях московской публике. О чем эта карта, кто такие новые скифы и что нужно делать, чтобы интеграция и дружба народов из затертых понятий превратились во вполне осязаемые явления, «Фергане» рассказал главный российский евразиец Павел Зарифуллин.

.

Read More...

Таджикистан рискует потерять древние языки

Малые восточноиранские языки в Таджикистане оказались под угрозой исчезновения. Корреспондент DW решил выяснить, как их можно спасти.

Ученые в Таджикистане встревожены уязвимым состоянием малых восточноиранских языков в стране. Эксперты убеждены, что к концу века Таджикистан может утратить языковое многообразие.

Древние языки «крыши мира»

Горный Бадахшан — самый высокогорный район Таджикистана. Он находится в западной части Памирских гор. Добраться сюда из Душанбе непросто. Самолеты летают только при ясной погоде, а на машине нужно ехать целый день. Именно труднодоступность этого края во многом помогла сохранить местные языки — шугнанский, рушанский, хуфский, бартангский, рошорвский, язгулемский и ишкашимский. Все они восходят к середине I тысячелетия до нашей эры. Пережив феодальные междоусобицы и период советизации, эти наречия оказались на грани исчезновения в XXI веке.

В Горном Бадахшане

Пример тому ишкашимский язык. На нем сегодня общаются всего около 400 человек — жители лишь одного села. Такая же участь, наверное, ожидает и другие памирские языки, пояснил DW заведующий отделом памирских языков Института гуманитарных наук Академии наук Таджикистана Мукбилшо Аламшоев.

Read More...

Ягноб: фотоэкспедиция Алексея Голубцова

Ягноб – высокогорная страна Центральной Азии. Труднодоступная, она является исторической родиной небольшой народности, сохранившей в виде реликта особый язык, близкий доисламскому языку Бухары и Самарканда. Около 70-ти семей сегодня живут здесь ведя натуральное хозяйство: скот дает молоко и мясо, а за короткое лето на высоте 3000 метров вызревает ячмень, горох и пшеница. Все делается вручную, техника в таком хозяйстве почти не используется. Исключение — водяные мукомольные мельницы и электричество, которое производят с помощью самодельных гидротурбин и электрогенераторов от старых грузовиков. Деньгами ягнобцы не пользуются – зарплату здесь никто не выдает и не получает. Нет никакой связи. Из-за отсутствия школ большинство детей неграмотны. До ближайшей лавки, в которой можно купить соль, чай и карамель детям, сутки пешком по крутым горным тропам.

Read More...